На главную страницу  
Фотогалерея психоанализа.
Вход на Форум по психоанализу

Полное собрание сочинений работ Фрейда

Психологические тесты онлайн

Карта сайта Психоанализ.рф

Основные понятия психоанализа

Лучшие книги по психоанализу. Биографии известных психоаналитиков.

Информационные партнеры сайта

Кушетка Фрейда

Вопрос психологу, отзывы о психотерапии

Виды неврозов и психических нарушений

Поиск по сайту

Часто задаваемые
вопросы

 

Статьи по психологии и медицине

 

Д.Г.Борисов. Психоаналитическое рассмотрение различий между стыдом и виной

 

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ


1. Вина и стыд в работах З.Фрейда
1.1. Психоаналитическая концепция вины 3. Фрейда.
1.2 Чувство стыда в работах З. Фрейда
2. Вина и стыд в теории объектных отношений (Э. Эриксон)
3. Отдельные положения современного психоанализа
3.1 Невротическое чувство вины (К. Хорни)
3.2 Стыд и внешний облик, утрата собственного Я (Б. Килборн)
3.3 Динамика стыда и нарциссизм (У. Кинстон)
4. Психогенез стыда
4.1 Функции стыда
4.1.1 Социализирующая функция стыда
4.1.2 Сигнальная функция стыда
4.1.3 Стыд как врожденный аффект
4.1.4 Стыд и формы организации ощущения самости
4.2 Происхождение патологического стыда
4.3 Семейные тайны
5. Различные формы проявления стыда
5.1 Меланхолия или депрессия
5.2 Обсессивно-компульсивные нарушения
5.3 Комплекс неполноценности
5.4 Смущение и стыдливые желания
5.5 Унижение
5.6 Мазохизм
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
ПРИЛОЖЕНИЯ

«Худшая из опасностей - потеря своего Я - может пройти у нас совершенно незамеченной, как если бы ничего не случилось. Ничто не вызывает меньше шума - никакая другая потеря - ноги, состояния, женщины  и  тому подобного - не замечается столь мало»
Сёрен Кьеркегор.


ВВЕДЕНИЕ.


С точки зрения теории психоанализа, чувства вины и стыда являются базовыми аффектами при невротических расстройствах. Работа содержит обзор существующих концепций психических механизмов, объясняющих происхождение чувств вины и стыда.
Противопоставление стыда и вины было первоначально связано в зарубежной психологии и этнологии с проведен­ным Фрейдом разграничением Я-идеала и «Супер-эго»: стыд появляется, когда индивид не может выполнить положительную программу деятельности, воплощенную в его Я-идеале, а вина — когда он нарушает запреты, воплощенные в «Супер-эго». Однако такой подход принят не только в психоанализе.
Психологически стыд и вина - разные формы тревожности, связанные с самооценкой.
Стыд означает тревогу за свою репутацию; он возникает, когда индивид чувствует, что не отвечает ожиданиям окружающих, что он в чем-то слабее других, каковы бы ни были причины этой слабости.
Вина выражает озабоченность по поводу личных качеств, за которые индивид чувствует себя полностью ответственным.
Работа посвящена описанию различных теоретических подходов к пониманию чувств вины и стыда, различных вариантов нормы и патологии.
Кроме классической теории 3. Фрейда, в данной работе использованы труды аналитиков американской и французской школы, юнгианских аналитиков, а также современные исследования.
Вина и стыд являются частью социального бытия человека. Формирование у субъекта способности переживать стыд и вину обусловлено его включенностью в социальное взаимодействие. Зарубежные исследователи рассматривают стыд и вину в качестве социальных образований. Принято считать, что «Сверх-Я» формируется в ходе социализации, а вина и стыд являются следствием интерперсонального конфликта. Соотнося стыд и вину с системой «Я», представители психоанализа подчеркивают, что чувства по отношению к себе и другому взаимосвязаны. В современной психоаналитической литературе нет единой точки зрения на понимание чувства стыда. Одни психоаналитики рассматривают чувство стыда через призму страха человека, возникающего у него в результате реального или возможного осуждения со стороны окружающих его людей за скрытые эксгибиционистские желания или непристойные бессознательные фантазии. Другие - соотносят его с механизмом защиты Я. Третьи - трактуют стыд как аффективную реакцию на внутренние запреты Сверх-Я или расхождения с его идеалами.
Теоретический анализ работ, посвященных изучению вины и стыда, показал, что современные исследователи считают актуальным вопрос о различиях между данными феноменами, о необходимости их четкой дифференциации. Таким образом, анализ подходов к трактовке вины и стыда свидетельствует о важности их исследования в качестве интегральных отношений личности, наделенных устойчивыми признаками, позволяющими отличать один феномен от другого.
Целью    настоящей    работы:  исследование психоаналитической точки зрения на феномены вины и стыда в рамках различных теорий.
Гипотеза исследования: чувства вины и стыда происходят из самых ранних этапов развития объектных отношений и формирования «Супер-эго» и необходимо четко дифференцировать одно от другого.

Задачи исследования:
1) Рассмотрение концепций вины и стыда в классическом психоанализе;
2) Рассмотрение концепций вины и стыда в современных теориях
    психоанализа;
3) Изучение проявлений стыда в психоаналитической практике.
Объект исследования:
Теоретические работы классического и современного психоанализа.
Метод исследования:
Теоретический обзор.

 

1. Вина и стыд в работах З.Фрейда
1.1 Психоаналитическая концепция вины 3. Фрейда.


3. Фрейд уделял значительное внимание рассмотрению вопроса о происхождении чувства вины и сознания вины. В работе "Некоторые типы характеров из психоаналитической практики" [16] он показал, что чувство вины у человека может существовать до совершения им проступка. Оно не возникает из проступка. Напротив, сам проступок совершается потому, что человек до этого испытывал чувство вины. Основываясь на клинической практике и анализе художественных произведений, 3. Фрейд пришел к выводу, что таких людей можно назвать "преступниками вследствие сознания вины" [16, стр. 85].
Говоря о происхождении первоначального бессознательного чувства вины, 3. Фрейд исходил из представления, согласно которому источником возникновения этого чувства является Эдипов комплекс (эротическое влечение мальчика к матери и враждебное чувство к отцу).
Чувство вины - это реакция на два преступных замысла: убить отца и иметь кровосмесительную связь с матерью. В основе данного чувства лежат исторические события, имевшие место в далеком прошлом, в первобытной орде, о чем 3. Фрейд писал в работе "Тотем и табу" [17]. Согласно его гипотезе, убийство первобытного отца сыновьями породило у них последующее раскаяние, и привело к возникновению сознания вины. Это, по словам 3. Фрейда, "Творческое сознание вины" существует и в современного человека. Оно действует как покаяние в совершенных преступлениях и как мера предосторожности против новых преступных деяний. У невротиков же сознание вины покоится не на фактических проступках, а на психической реальности, на тех мыслях, чувствах и фантазиях, которые овладевают человеком и воспринимаются им как нечто запретное, постыдное, социально неприемлемое.
В трудах позднего периода 3. Фрейд развил свои представления о чувстве вины. В работе "Недовольство культурой" [7] он назвал сознанием вины то напряжение, которое возникает в психике человека между Сверх-Я и Я В качестве двух источников чувства вины им рассматриваются страх перед авторитетом и позднейший страх перед Сверх-Я (требованиями совести). Страх перед авторитетом заставляет человека отказываться от удовлетворения своих влечений, в результате чего у него не остается чувства вины. Отказ от влечений, обусловленных страхом перед Сверх-Я, не устраняет чувства вины, т.к. от   совести   невозможно   скрыть   запретные   желания.   С психоаналитической точки зрения, человек отказывается как бы обреченным на "напряженное сознание виновности" [цитата по 7, стр. 61].
3. Фрейд не отказался от ранее выдвинутой им гипотезы о происхождении чувства вины. Напротив, исходя из того, что человеческое чувство вины было приобретено вместе с убийством праотца сыновьями, он пришел к следующему заключению Склонность к агрессии против отца повторяется в последующих поколениях. Чувство вины усиливается при подавлении агрессии и перенесении ее в Сверх-Я. Не имеет значения, произошло ли убийство на самом деле или от него воздержались. "Роковая неизбежность" [7] чувства вины обнаруживается в обоих случаях, поскольку, как полагал 3. Фрейд, это чувство является выражением амбивалентного конфликта в человека, обусловленного "вечной борьбой между Эросом и инстинктом разрушительности или смерти".
В работе "Я и Оно" [15] 3. Фрейд исходил из того, что чем сильнее Эдипов комплекс, тем строже сформированное в психике ребенка Сверх-Я будет позднее царить над Я в качестве бессознательного чувства вины. В процессе аналитической терапии с этим чувством связано одно странное на первый взгляд явление, когда успехи лечения ведут к ухудшению состояния пациента. Речь идет о негативной терапевтической реакции, об усилении страдания пациента в том момент, когда при лечении достигаются определенные успехи. Рассматривая данный феномен, Фрейд пришел к убеждению, что корень негативной терапевтической реакции следует искать в "моральном факторе", в "чувстве вины, которое находит свое удовлетворение в болезни и не хочет отрешиться от наказания в виде страданий" [15, стр. 108].
Обычно пациент ничего не знает о своем чувстве вины. Оно молчит и не говорит ему, что он виновен. Вместо этого пациент чувствует себя не виновным, а больным. Его чувство вины проявляется только в виде сопротивления собственному излечению. Борьба с сопротивлением оказывается непростой задачей аналитической терапии. В процессе медленного раскрытия перед пациентом вытесненных обоснований происходит постепенное превращение бессознательного чувства вины в сознательное чувство виновности.
3. Фрейд считал, что при неврозе принуждения и меланхолии чувство вины достигает исключительной силы. Оно является действенным  и  при  истерии.  Остается  ли  чувство  вины бессознательным, это зависит от силы Я, хотя именно Сверх-Я проявляет себя как чувство вины.
С точки зрения основателя психоанализа, выраженной им в работе "Недовольство культурой"  [7] , чувство вины является роковым для человека. Чувство вины достигает подчас такой силы, что делается невыносимым для отдельного человека. Как показал психоанализ, чувство вины вызывают не только совершенные акты насилия, но и замышляемые. Отсюда - бегство человека в болезнь, возникающее в силу развития страха совести перед Сверх-Я и мучительных переживаний, связанных с бессознательным чувством вины и потребностью в наказании.
Как заметил З.Фрейд в работе "Экономическая проблема мазохизма" [19], удовлетворение бессознательного чувства вины есть, наверное, "самая сильная позиция того выигрыша (составного, как правило), который человека получает от своей болезни, - суммы сил, которые восстают против выздоровления и не желают отказываться от болезни" [19, стр. 28].
Говоря о бессознательном чувстве вины, основатель психоанализа соглашался с некорректностью его наименования с психологической точки зрения. Возможно, более корректным было бы называть это чувство "потребностью в наказании" [19, стр. 30]. Тогда более понятным становится потребность ребенка в наказании от рук родителей, имеющиеся у него фантазии о желании быть избитым отцом.
Понятным становится и содержание морального мазохизма, когда, с одной стороны, у человека появляется искушение совершать "греховные" поступки, которые затем должны искупаться упреками садистской совести. И хотя сами пациенты нелегко соглашаются с аналитиком в том, что касается бессознательного чувства вины, тем не менее, оно остается действенным в них и требует своего рассмотрения при аналитической работе.
3. Фрейд пришел к заключению, что чувство вины может проявляться и даже становиться определяющим, искажая структуру личности некоторых пациентов.

 

1.2 Чувство стыда в работах З.Фрейда


Чувство стыда рассматривалось З. Фрейдом в связи обсуждением типических сновидений, в частности сновидений о наготе. В работе «Толкование сновидений» он отмечал, что сновидец может видеть себя разгуливающим среди других людей, будучи голым или плохо одетым, без всякого сопутствующего чувства стыда. Однако типичными являются такие сновидения, когда субъект ощущает стыд и смущение, но не может изменить неприятной ситуации. «Речь идет главным образом о неприятном ощущении стыда, о том, что субъект хочет скрыть свою наготу, но не может» [7, стр. 80]. Причем типичным является то, что люди, которых стыдится спящий, всегда чужие, и они или не замечают наготы, неопрятности или делают безразличные физиономии, или носят торжественные маски.
Такое противоречие между чувством стыда у спящего и безразличием окружающих людей часто проявляется в сновидении. По мнению З. Фрейда, морализирующая тенденция подобных сновидений обнаруживает смутное сознание того, что в скрытом содержании сновидения речь идет о недозволенных желаниях, подвергшихся вытеснению.
Анализ невротиков показывает, что в основе таких сновидений лежит воспоминание раннего детства. Ребенок не стыдится своей наготы, и даже у детей старшего возраста, что раздевание не всегда вызывает чувства стыда. По мнению З. Фрейда, дети часто обнаруживают эксгибиционистские наклонности. «Это детство, лишенное чувства стыда, кажется нам впоследствии своего рода раем, а ведь самый рай не что иное, как массовая фантазия о детстве человека. Поэтому-то в раю люди и ходят обнаженными и не стыдятся друг друга до того момента, когда в них пробуждается страх быть изгнанными из рая, - начинается половая жизнь и обычная работа» [7 стр. 83].

 

2. Вина и стыд в теории объектных отношений (Э. Эриксон)


В эпигенетической теории развития Э. Эриксон описывает последовательно заданные, системно связанные между собой стадии развития человека на протяжении всей его жизни. Вторая стадия (соотносимая с аналогичной стадией по 3. Фрейду) носит название «Автономии против стыда и сомнения». [30]
Э. Эриксон заметил тесную связь между происхождением стыда и осознанием ребенком вертикального, выставленного взглядом окружающих, положения своего тела. Такое понимание приходит в течение «анальной» фазы развития из-за корреляции с овладением сфинктерными мускулами. Научение «выпусканию» и «удержанию» [30, стр. 230] фекалий служит поприщем  для  экспериментирования  с  двумя  соответствующими социальными модальностями.
Э. Эриксон отмечает решающее влияние взаимодействий с родителями на этой фазе на характер взаимоотношений, которые позже будут развиваться, колеблясь между полюсами любви и ненависти, уступчивости и упрямства, свободы самопроявления и запрета на нее. Поэтому внешний контроль на этой стадии должен быть твердо убеждающим ребенка в собственных силах и возможностях. Твердость внешней поддержки должна защищать ребенка от возможной анархии его еще не обученного чувства различия, его неспособности удерживать и отпускать с разбором, и задача родителей - поддерживать движение ребенка к автономии (поощрять «стоять на своих ногах» [30, стр. 240]) везде, где возможно, а также защищать его от лишних и бессмысленных переживаний стыда и преждевременного сомнения.
Э. Эриксон обращает внимание на то, что если ребенку не дают постепенно осваивать растущую автономию и свободу выбора, то все его попытки управлять и пробовать обернуться против него самого. То есть, вместо  овладения  предметами в ходе  их  исследования путем целенаправленного повторения (удерживания и выпускания) ребенок будет концентрироваться на своих телесных функциях.
На этой стадии ребенок также понимает, что имеет лицевую и обратную стороны. Обратная сторона тела - «то, что сзади» - и все ощущения, локализованные там - вне поля зрения ребенка и подчиняются воле других. Поэтому это место часто служит причиной чувства стыда и неуверенности. Эриксон выразительно описывает это: «Зад» - это неизведанный континент маленького человека, область тела, где могут магически властвовать и куда могут с «боем» вторгаться те, кто обычно стремиться уменьшить право малыша на автономию и кто упорно хочет изобразить «гадкими» те продукты кишечника, которые считались бы вполне удовлетворительными, если бы не доставляли хлопот». [30, стр. 242]
Эриксон ссылается на фантазии, которые могут сильно мучить людей, подверженных стыду. Они касаются чувствительности к возможной позорной «потере лица», опасений нападения «сзади», страха непроизвольно «выдать из себя» [30, стр. 240] другим людям или сомнения по поводу того, что «осталось после него». [30, стр. 241] Такие сомнения часто приводят к навязчивому, контролирующему поведению. Примером могут служить люди, которые никогда не уверены, все ли в порядке осталось дома, выключили ли они плиту, закрыли ли дверь; человек может бояться, что сам того не осознавая сказал постыдные вещи, или произвел плохое впечатление. После чего он вынужден следить за каждым своим словом и действием, испытывая жгучее чувство стыда еще и за саму эту навязчивость.
Самоконтроль, если от этого не страдает самооценка, дает начало прочному чувству доброжелательности, готовности к действию, ощущению собственной воли и собственного достоинства. Ощущение утраты свободы распоряжаться собой и чрезмерное контролирование извне приводит к устойчивой склонности к сомнениям и стыду.
Ребенок на этой фазе особенно подвержен стыдливости - является ли она результатом выбранного метода воспитания или ненамеренного недостатка эмпатии. Растущее осознание ребенком своей слабости (малости) всегда удар по его уверенности в себе. Понимание того, что ты мал, появляется впервые, когда ребенок учится стоять и начинает осознавать, насколько применимы мерки роста и силы.
С точки зрения Эриксона стыд связан с ощущением человека, что на него смотрят другие. Стыдящийся человек всегда выставлен на обозрение всему миру, он сознает, что на него смотрят: он чувствует себя неловко. «Некто видим, но не готов быть видимым». [30, стр. 240] Поэтому в фантазиях или тревожных сновидениях мы воображаем стыд как ситуацию, в которой на нас «...пялят глаза, когда мы не полностью одеты, в ночной рубашке, со спущенными штанами». [30, стр. 241] Стыд проявляется в стремлении спрятать лицо или желании тут же «провалиться сквозь землю».[30, стр. 241] По мнению Эриксона это есть не что иное, как гнев, но обращенный на самого себя. Стыдящийся человек хотел бы заставить мир не смотреть на него, не замечать его «наготы». Он страстно хотел бы уничтожить «глаза мира».[30, стр. 241] Не в силах убрать эти осуждающие глаза, его единственным желанием остается самому стать невидимым.
Эта возможность влиять на поведение ребенка широко используется в воспитательном методе пристыживания, высмеивания. Слуховая вина -чувство собственной никудышности, испытываемое человеком, когда на него никто не смотрит и все вокруг спокойно (за исключением голоса «Супер-эго») возникает позже зрительного стыда. Чрезмерное пристыживание приводит не к истинной гармонии поведения, а к скрытой решимости попытаться выкрутиться из неблагоприятного положения, незаметно ускользнуть или начать себя вести с вызывающим бесстыдством. Многие маленькие дети (еще чаще - подростки), пристыженные сверх меры, могут постоянно реагировать таким образом. Это - реактивное поведение, противоположное стеснительности. Оно связано с тем, что существует
предел выносливости ребенка в отношении требований считать себя, свое тело, свои желания дурными и грязными, равно как и предел веры в непогрешимость осуждающих. Ребенок может так и не принять норм и требований родителей и считать злом лишь сложившееся положение;
ожидать, что удача придет к нему, когда неблагоприятные обстоятельства исчезнут или он уйдет от них.
Таким образом, сомнение и стыд стоят в одном ряду тяжелых, деструктивных переживаний. Стыд находится в зависимости от сознания собственной ответственности и раскрытое перед другими, сомнение имеет прямое отношение к сознанию своей «лицевой» и особенно - «обратной» стороны тела».[30, стр. 240] Чувство справедливого достоинства и законной самостоятельности со стороны взрослых, окружающих ребенка, дает ему надежду в том, что поощряемый в детстве вид автономии не приведет к излишнему сомнению или стыду в более позднем возрасте.

 

Продолжение>>

 

 

г. Москва, улица Косыгина, 13, подъезд 5 (м. Воробьевы горы, м. Ленинский проспект) Схема проезда.

Телефоны: (495) 741-17-49, (925) 859-11-45

E-mail: yaroslav@psychoanalyse.ru

Яндекс цитирования Размещено в dmoz (ODP)

Сотрудничество и реклама на сайте.

Москва 2004-2015 : YaYu   @