На главную страницу  
Фотогалерея психоанализа.
Вход на Форум по психоанализу

Полное собрание сочинений работ Фрейда

Психологические тесты онлайн

Карта сайта Психоанализ.рф

Основные понятия психоанализа

Лучшие книги по психоанализу. Биографии известных психоаналитиков.

Информационные партнеры сайта

Кушетка Фрейда

Вопрос психологу, отзывы о психотерапии

Виды неврозов и психических нарушений

Поиск по сайту

Часто задаваемые
вопросы

 

Статьи по психологии и медицине

 

<<Предыдущий раздел

3. Вклад различных компонентов психосексуального развития в формирование бессознательных фантазий, определяющих женскую сексуальность и женские сексуальные расстройства.

 

3.1. Комплекс кастрации и комплекс маскулинности у женщин.

После первых психоаналитических представлений о женском комплексе кастрации З.Фрейда и К.Абрахама, этот вопрос детально исследовала К.Хорни. [24].

Центральной идеей позиции К.Абрахама («Проявление комплекса кастрации у женщин», (1921)), являлось исключительное значение существования у девочек зависти к пенису – то есть в качестве аксиомы принимался тот факт, что женщина ощущает себя ущербной именно из-за своих половых органов. Хорни посчитала, что такой трактовки явно недостаточно для объяснения комплекса кастрации, который имеет зачастую решающее значения для развития не только сексуальности, но и личности женщины в целом.

О. Фенихель [19] резюмировал исследования комплекса кастрации у женщин и обозначил важнейшие факторы. Другие исследователи дополнили эти представления. Согласно им,

 

1. Связь зависти к пенису с женской комплексом кастрации. Можно утверждать, что женщины не преодолевают эдипов комплекс в той мере и решительно, как мужчины и нередко на всю жизнь сохраняют привязанность к отцу и неким образом выдают отношение своего любовного объекта к отцу. Это положение было сделано еще Фрейдом.

Согласно К. Хорни [24], существуют два возможных пути преодоления комплекса зависти к пенису без неблагоприятных последствий для девочки. Через аутоэротическое нарциссическое желание пениса она может придти либо к женской установке стремления к мужчине (отцу) посредством отождествления себя с матерью, либо к материнской установке желания иметь ребенка (от отца). Источник и той, и другой установки является нарциссическим по характеру, а по природе – это стремление к обладанию. Многочисленные наблюдения историй пациенток показывает, что на ранней стадии психосексуального развития девочка выстраивает, как правило, на основе враждебного или любовного отождествления себя со своей матерью, фантазию о полном сексуальном присвоении отцом; более того, она создает фантазию о том, что все это реальный факт. Реальность разрушает эти фантазии. В тех случаях, когда в дальнейшем начинает доминировать комплекс кастрации, эта фрустрация часто превращается в глубокое разочарование, следы которого проявляются в неврозе, появляются нарушения в развитии чувства реальности.

 

 

2. Ранние объектные отношения и женский комплекс кастрации. Психоанализ показывает, что застарелые страхи (в первую очередь страх утраты любви) у женщин сильнее, чем у мужчин и во многом играют роль, схожую с кастрационной тревогой мужчин. При анализе одной из своих пациенток, К.Хорни писала, что глубокое разочарование той было тесно связано в ее памяти с несправедливым отцовским наказанием, когда ей было пять-шесть лет. На первый взгляд за этой обидой стояло рождение сестры, которая, как казалось девочке, вытеснила ее из отцовского сердца. Но более глубокое исследование показало, что за ревностью к сестре стояла страшная ревность к матери. Еще дальше были запрятаны два более глубоких, и одинаково важных источника чувства, что ее отец ей неверен. Первый - это сексуальная ревность к матери, идущая от момента, когда девочка увидела половой акт родителей. Второй - чувство вины, возникающее из-за особенно сильного желания разделаться с матерью и "заменить ее", и порождающее ожидание беды, касающееся прежде всего отношений с отцом.

 

3. Вклад запрещенной сексуальной активности в женский кастрационный комплекс. Страх, что обнаружится кастрированность, представляемая как последствие запрещенной активности, часто ограничивает сексуальные проявления девочек. Часто возникают мысли о разрушении собственного тела и утрате способности вынашивать детей, встречаются и другие тревожные опасения относительно раскрытия позора.

Хорни [24], анализируя своих пациенток, заметила, что под разными масками их сообщений прослеживалась основная фантазия о кастрации в результате любовных отношений с отцом. Она полагала, что эта фантазия, является типичной и фундаментально важной, и выделила ее как второй источник комплекса кастрации у женщин. Травмированная таким образом женственность создает почву для комплекса кастрации, ответственного за патологические искажения в развитии женщины.

Дж. МакДугалл [12] писала, что в случае обнаружения ее мастурбационной активности, девочка будет фантазировать, что ее мать нападет и разрушит всю внутренность ее тела в качестве наказания за желание занять материнское место, участвовать в эротических играх с отцом и создать с ним ребенка. То есть фантазии и страхи могут заходить дальше, чем у мальчика, и иметь своим исходом не только кастрацию, но и внутреннее разрушение и даже смерть.

 

4. Страх внутреннего повреждения в женском кастрационном комплексе. Страх кастрации замещается тревожным предвидением карающего повреждения гениталий. Девочки часто не знают о наличии у них влагалища, этим и объясняется надуманный страх, что мастурбация или желание проникнуться отцовским органом приведет к телесным повреждениям.

К.Хорни [28] отмечала, что природа девочки биологически обуславливает ее желание принимать, вбирать. Она знает или чувствует, что ее влагалище слишком мало для пениса отца, и это заставляет ее реагировать на собственные генитальные желания прямой тревогой; она боится, что если ее желания осуществятся, она сама или ее влагалище будут разрушены.

Что касается детской мастурбации, то последствия страха перед последствиями мастурбации у девочек могут быть очень длительными, так как девочка не может реально проверить, какое влияние оказала мастурбация. Мальчик при соответственной тревоге всегда может убедиться, что они на месте и в порядке. Девочка не имеет возможности доказать себе, что ее тревога на самом деле безосновательна, напротив, ее ранние попытки вагинальной мастурбации убеждают ее еще раз в факте собственной огромной физической уязвимости, особенно в случае реальных повреждений, которые не могут быть проверены визуально.

 

Необходимо сказать о том, что все вышеназванные процессы протекают чисто инстинктивно, а в их основе лежат ощущения, бессознательно проистекающие от органов и напряжения соматических потребностей; другими словами, что все эти реакции будут иметь место, даже если девочка никогда не видела пениса своего отца, и даже в том случае, если дети не получили никаких теоретических знаний о существовании этих половых органов.

Помимо формирования вышеуказанных фантазий при женском комплексе кастрации и их влиянии на дальнейшую женскую сексуальность нужно упомянуть и еще один исход.

 

Комплекс маскулинности как следствие отождествления с отцом и отказа от женской роли. Кроме фиксации на отце, возможен вариант развития, при котором происходит отождествление с отцом. К.Хорни [24] на примере случая, когда у маленькой девочки родился младший брат, проследила бессознательные психические процессы у одной из своих пациенток, которые следовали так: от замещения зависти к матери (из-за невозможности иметь ребенка от отца) - к зависти к брату и его пенису, с последующим отождествлением с отцом и возвратом к догенитальной нарциссической фазе c неуклонным ростом зависти к обладанию пенисом. По ее мнению, такой ход развития Эдипова комплекса типичен для случаев, в которых доминирующим являлся комплекс кастрации.

З.Фрейд [22] считал, что отождествление девочки в процессе развития с отцом является одной из основ явной гомосексуальности; Хорни описывала этот процесс как приводящий к формированию комплекса кастрации. Она сделала вывод, что комплекс кастрации формируется именно тогда, когда пределы, в которых происходит нормальное колебание либидо, существенно превышены, и, в то же время, подавление любовного отношения к отцу и отождествление с ним не достигают такой силы, как в случаях гомосексуальности. Здесь возможны различные ступени переходных состояний между нарцисстической регрессией и гомосексуальной направленностью энергии на объект, вплоть до явной гомосексуальности. То есть для женщины желание отождествления с отцом подкрепляется старыми желаниями (обладания пенисом) той же направленности и несет не чувство вины, а скорее чувство приобретения. Поэтому отождествление с отцом Хорни считала той точкой отсчета, от которой у девочек развивается и гомосексуальность, и комплекс кастрации.

Таким образом, возможен исход, выражающийся в отказе девочки от своей роли – комплекс маскулинности. Как уже было отмечено выше, возможен вариант идентификации с отцом, или ухода от женской роли. Как писала в своей работе [29] К. Хорни, подсознательное желание быть мужчиной попадает на благоприятную почву и становится устойчивым, так как оно является стремлением избежать осознания либидинозных желаний и фантазий, связанных с отцом. Фантазия, что она мужчина, позволяет девочке уйти от женской роли, слишком перегруженной виной и тревогой. Эта попытка приносит чувство неполноценности, так как девочка сталкивается с чувством, что она никогда не сможет полностью соответствовать мужской роли, но Я девочки переносит его легче, чем чувство вины, связанной с сохранением женской полоролевой установки.

 

Комплекс маскулинности как исход зависти к пенису. Другой источник возникновения комплекса маскулинности лежит в следующем. Зачастую маленькая девочка, не оберемененная робостью, высказывает зависть к пенису открыто. Эта зависть типична из-за того, что нарциссическое разочарование чем-то меньшим, нежели у мальчиков, подкрепляется рядом обстоятельств, основанных на осознании ущербности своего положения, связанного с проблематичностью возможностей направить либидо на объект в догенитальной фазе – здесь можно упомянуть явные преимущества мальчиков в связи с уретральным эротизмом, скоптофилическим инстинктом и мастурбацией.

 

Надо отметить, что рассмотренные явления – комплекс кастрации, зависть к пенису, комплекс маскулинности - связаны между собой и являются базовыми для понимания как дальнейшей нарушенной сексуальности у женщин, так и сексуальных девиаций и нарушений психического развития в целом.

Также они имеют прямое отношение и соотносятся (или находятся близко) по времени возникновения и рамкам протекания с ситуацией женского эдипова комплекса, который уже не раз упоминался. Комплекс кастрации проходит через эдипов комплекс, а начало типичных биологических и психических мотивов для комплекса маскулинности и ухода в роль мужчины, лежит в Эдиповом комплексе. Поэтом следующим этапом работы будет более подробное рассмотрение протекания, особенностей и возможных исходов Эдипова комплекса у девочек.

 

3.2. Женский Эдипов комплекс.

Эдипов комплекс можно назвать пиком инфантильной сексуальности как у мальчиков, так и у девочек, но у девочки его возникновение, течение и преодоление, еще согласно теории Фрейда, протекает намного сложнее, что уже было рассмотрено ранее. Здесь же нас интересуют те варианты течения и разрешения эдипова комплекса, которые оказывают патологическое влияние на развитие женственности и женской сексуальности.

Фрейдом и классическими представителями психоанализа эдипов комплекс понимался как краеугольный камень психоаналитической теории и как универсальный феномен, с которым так или иначе приходится сталкиваться человеческому индивиду.

Если вкратце вернуться к пониманию эдипова комплекса [18], то по Фрейду, эдипово развитие девочки основывается на принятии своего неполноценного кастрированного положения, яростном отдалении от матери, растерянности и, затем, принятии отца, как любовного объекта, вследствие чего мать воспринимается, как соперница. Расширяя понимание женского эдипова комплекса в контексте развития половой идентичности, надо заметить, что тотальное отвержение матери девочкой происходит только в патологических случаях и может заставить девочку отказаться от преследования эдиповой привязанности к отцу. В начальной фазе становления эдипова комплекса мать обычно еще является главным объектом сексуальных импульсов маленькой девочки, которая находится в так называемой негативной позиции комплекса [23].

По представлениям классического психоанализа, предпосылкой перемещения с негативной эдиповой позиции на позитивную является способность девочки заменить желание иметь пенис на желание завести ребенка. Отец становится объектом любви, мать становится объектом ревности, девочка превращается в маленькую женщину. Согласно современным и менее категоричным представлениям Ж. Шассге-Смиржель [31], в идеале развитие эдипова комплекса у женщины выглядит так : «Если в отношениях девочки с матерью преобладает хороший опыт и «нормальные», дозированные, постепенно возрастающие фрустрации, необходимые для образования прочного и гармоничного Я, и если, к тому же, отец обладает качествами, обеспечивающими адекватную поддержку проекции хороших черт объекта, и одновременно достаточной строгостью, девочка сможет, благодаря фрустрациям, произвести смену объекта, осуществив бесконфликтные идентификации с матерью, и при этом идеализация второго объекта не будет опережать функцию, отводимую ему в решающий момент развития» [31, с.388].

Но на этом пути возникает масса модификаций и факторов, нарушающих «нормальное» развитие. Рассмотрим основные из них.

Если говорить в общих чертах, то по отношению к вышеизложенному положению Ж. Шассге-Смиржель [31], если первый опыт окажется неудачным, и второй объект не будет обладать свойствами, благоприятствующими проекции хороших черт объекта, создаются предпосылки для наиболее серьезных расстройств, как в плане сексуальности, так и в личностном плане.

Более детально, ситуация может складываться следующим образом.

Оценим значимые факторы, нарушающие «нормальное» течение эдипова комплекса.

 

1. Роль отца. Достижение способности к триадным отношениям зависит и от природных данных и от степени отзывчивости отца. Если его восхищение поддерживает гордость и самоуважение девочки, способствует ее идентификации с женским Я-идеалом и усиливает эдипову консолидацию, то в случае, если отец более обольщающий, чем восхищающийся, девочка перевозбуждается, но находится под влиянием конфликтов преданности и вины, вследствие чего может регрессивно снова вернуться к матери [18].

 

2. Чувства по отношению к матери. Как уже отмечалось, другим препятствием в эдиповом развитии девочки являются ее чувства по отношению к матери. Трудности в процессе воссоединения с матерью могут задержать эдипово развитие, а предшествующий конфликт может облегчить регресс. Вместо того, чтобы вовлечь девочку в эдиповы стремления, ее зависть к матери или сознательное чувство вины за эдиповы желания приводят к страху потерять материнскую любовь. Плюс, из-за раннего начала формирования Сверх-Я у девочки, в ответ на усилия разрешить конфликт воссоединения, идеализация матери и самокритичность со стороны жестких интроектов могут нарушить ее уверенность в своей женственности. Совокупность этих факторов может заставить ее отказаться от эдипова соревнования и регрессировать в раннюю привязанность к матери, оставаясь замороженной в положении детской зависимости. Тогда такие черты характера, как покорность, уступчивость и мазохистичность становятся доминирующими [18].

Дальнейшие факторы характерны для обоих полов, но от этого не перестают быть значимыми.

 

3. Влияние травматического опыта. Эдипов комплекс часто не преодолевается вследствие травматического опыта. Как уже было отмечено, обольщение может преждевременно пробудить у девочки генитальность, и интенсивное возбуждение извне выходит из-под контроля ребенка. Тогда возникают травматические состояния, в которых генитальность связывается с угрозой. То, что усиливает страхи, способствует вытеснению сексуальности. Таков механизм воздействия угроз и всех событий, субъективно означающих угрозу: инцидентов, телесных повреждений, смерти близких и неожиданного зрелища гениталий взрослых [19].

 

4. Первичная сцена. Концепция первичной сцены включает в себя весь запас бессознательного знания ребенка о сексуальных отношениях людей, в особенности родителей. Помимо генитальных аспектов первичной сцены и связанных с ней фаллически-эдипальных конфликтов, эта сцена может быть также описана им в доэдипальных терминах, таких как орально-эротические и орально-пожирательные фантазии, анально-эротические и анально-садистические обмены, бисексуальная путаница, архаические фантазии о сосании крови, страх утраты чувства своей идентичности или представления о границах своего тела. Когда такие фантазии затем играют ведущую роль в психической реальности личности, сексуальные и любовные отношения легко уравниваются с кастрацией, уничтожением или смертью [ 1 2].

 

5. Трансгенерационная передача. Невротичные родители воспитывают невротичных детей, и в эдиповом комплексе детей отражается неразрешенный эдипов комплекс родителей [19].

 

6. Влияние сиблингов. Если в семье есть старшие братья или сестры, наблюдаются «дубликаты эдипова комплекса»: чувства к родителям дублируются в отношениях к старшему брату и сестре. Это способствует либо ослаблению конфликтов, либо создает новые конфликты.

Младшие братья и сестры обычно воспринимаются как соперники, но могут рассматриваться и как собственные дети, особенно при большой разнице в возрасте. В первом случае эдипов комплекс стимулируется, у девочек может возникнуть идея ревности. Во втором случае эдиповы желания уменьшаются благодаря их замещающему осуществлению [19].

 

7. Семьи с одним родителем. У детей, воспитанных одним родителем, происходит следующее. Поскольку наиболее частой оказывается ситуация воспитания дочери матерью, то фрустрация эдиповой любви часто способствует идеализирующим фантазиям, особенно если отец умер, или так говорят ребенку. Усиливается привязанность к матери, характер этой привязанности обычно амбивалентен. Часто возникает сильная бессознательная связь между представлениями о сексуальности и смерти под эгидой «секретов взрослых». Возникает сильный страх сексуальности, поскольку сексуальные действия представляются как приводящие к смерти, или даже мазохистские наклонности, в которых умирание как воссоединение с отсутствующим или умершим отцом может стать сексуальной целью [19].

 

8. Семейные констелляции. Еще одна интересная вариация, описанная современным психоанализом, касается такой семейной констелляции: мать садистическая и кастрирующая, а отец – добрый и уязвимый. Здесь у девочки появляется тенденция к увековечиванию эдиповой ситуации. Девочка, меняя объект, стремится вырваться от матери и сталкиваясь со своей потребностью сохранить отца, предлагает себя ему в качестве парциального объекта, защищенного тем самым от матери, любимого отцом, и полностью зависимого. Она не занимает места матери возле отца, не идентифицируется с матерью, остается ребенком и не становится женщиной, предлагая в дальнейшем мужчинам лишь нежность и дружбу [31].

 

Таковы наиболее характерные варианты развития женского эдипова комплекса при наличии различных факторов, влияющих на дальнейшее измененное или нарушенное сексуальное развитие.

Уже было вкратце упомянуто, что у девочки исчезновение эдипова комплекса происходит менее драматическим и менее радикальным образом, чем у мальчика, или даже не происходит вовсе. Для девочки типичным является постепенное освобождение от эдипова комплекса или медленное его вытеснение. Как считал Фрейд, Эдип девочки создает для нее гавань. Это означает, что во взрослом возрасте его следы сохраняются у девочки дольше, чем у мальчика. И тип преодоления эдипова комплекса, травматические события, семейное окружение в этот период часто оказывается решающим для психоаналитической теории, для понимания и аналитической терапии женских сексуальных расстройств и девиаций.

Также комбинации, возможные в рамках разрушения эдипова комплекса, открывают множество идентификационных возможностей. С вопросом половой идентификации девочек, также крайне важным для психоаналитического понимания и терапии сексуальных расстройств и скрытых (и явных) девиаций, стоит познакомиться подробнее, что и будет сделано в следующем разделе.

 

3.3. Женская половая идентичность.

Выше были рассмотрены основные бессознательные комплексы и процессы, происходящие на ранних этапах развития девочки. Концепция половой идентичности включает все качества индивидуальных сочетаний женских и мужских черт, обусловленных массой биологических, психологических, социальных и культурных факторов [18]. В рамках настоящей работы наибольший интерес вызывают факторы нарушения половой идентичности, что в свою очередь выступает причиной дальнейших сексуальных расстройств и перверсий.

Фрейд отдельно не занимался концепцией половой идентичности. Существует фрейдовская концепция врожденной бисексуальности. Р.Столлер был одним из первых, кто применил к проблематике половой идентичности разграничение понятий « sex » (как сексуальной идентичности) и « gender » (как половой идентичности). Проблема формирования и становления идентичности женщины (как и мужчины) находит свое широкое отражение в современном психоанализе. В исследованиях подчеркивается, что природный пол является лишь предпосылкой, потенциальным основанием для идентификации, определения себя как женщины или мужчины. Согласно Р.Столлеру, в ходе развития эффекты идентификации с объектами как своего, так и противоположного пола накладываются друг на друга, поэтому личностная идентичность в соединении с биологическим полом представляет собой сочетание мужских и женских черт. Каждый человек развивает сложную систему представлений о самом себе, в том числе восприятие себя как мужичины или женщины (R.Stoller, 1976, 1985). Представители психоаналитических теорий развития разграничивают ядерную половую идентичность, полоролевую идентичность и сексуальную ориентацию как составляющие компоненты и три линии развития половой идентичности.

Представляемые далее данные несколько перекликаются с описанными в предыдущих разделах, но для понимания течения процессов в динамике это необходимо.

Квинтэссенция современных психоаналитических взглядов на проблему половой идентичности дана в работах Н.К. Асановой [2]. Ядерная половая идентичность определяет фемининность у женщин, это базисное сознательное и отчасти бессознательное бесконфликтное чувство принадлежности к своему биологическому полу. Согласно Р. Столлеру, если женская идентичность установилась в раннем возрасте (два-три года), то она становится «настолько прочной частью идентичности, что никакие превратности жизни не могут разрушить ее».

Составляющей частью ядерной половой идентичности является осознание девочкой своего тела, и осознание своей самости идет неразрывно с осознанием своих половых органов (сначала – тактильно). Формирование женской самости происходит легче, чем у мальчиков, в связи с отсутствием представлений о потере (повреждении) органов. Считается, что к двум-трем годам девочки осознают анатомическое различие между полами, но визуальное подтверждение этого порождает негативные чувства, так как формирует у девочки чувство кастрированности и зависти к пенису.

Ранняя эмоциональная близость с отцом может повлиять на идентификацию девочки с ним, особенно при недостаточной эмоциональной близости с матерью. Нарушенные отношения с родителями порождают фантазии, что родители любили бы ее больше, если бы она была мальчиком, отсюда может возникнуть патологическая зависть к пенису и чувство неполноценности.

В формировании ядерной половой идентичности девочки решающая роль принадлежит отцу, так как он выступает как ее защита от поглощения матерью и поддерживает ее нарциссическую женственность и роль девочки. Соответственно отсутствующий эмоционально или физически отец, равно как и сверхблизкий, составляет негативный прогноз на дальнейшее нормальное формирование половой идентичности.

Для оптимального развития девочки в доэдиповой фазе она должна консолидировать нарциссически ценный образ своего тела – в положительном смысле на это указывает ее эскгибиционизм – бег, прыжки, танцы – все, что направлено на демонстрацию своего тела, и ищет поощрения в этом. Украшения себя, как мать, также символизируют женственность [18]. Отсутствия этих проявлений указывают на нарушения в идентичности.

Как уже упоминалось, чрезмерная зависть к пенису и материнской груди (неодоцененного ранними исследованиями) также нарушает формирование женственности и задерживает позитивное эдипово развитие.

Полоролевая идентичность возникает на основе ядерной половой идентичности и относится к сознательным и, особенно, бессознательным способам взаимодействия с другими людьми, отражающим половую идентичность. Помимо рассмотренного выше нарциссически ценимого восприятия своего тела, принятие своей женской роли является условием к переходу к позитивной эдиповой фазе развития. К проявлениям формирования этой роли относится кокетливое общение маленькой девочки, желание заботиться о ребенке, что обычно выражается игрой в куклы.

В эдиповой же фазе происходит фиксация полоролевой идентичности и начинается психосексуальная фаза половой идентичности девочки, когда она приближается к любви к отцу, а мать воспринимается как соперничающий объект. Начинаются триадные отношения, в которых важна роль отца в дифференциации отношений с девочкой и матерью, и, с одной стороны, в заботе и признании женственности девочки, а с другой стороны, в установлении границ в отношениях. Проблемы, возникающие на этом этапе и рассмотренные в предыдущем разделе, ведут как к формированию сексуальных расстройств, так, и в рассматриваемом вопросе половой идентичности, к би- и гомосексуальности.

Триадная эдипальная конфигурация отношений у девочки может не разрешаться до пубертатного возраста, дальнейшая же ее затяжка ведет к необратимым изменениям нормальных половых ориентаций на всю жизнь.

Полоролевая идентичность же становится полной в латентный период, когда эта роль уже становится социальной. Мальчишеское же поведение в этот период может свидетельствовать о приобретении мужских черт, или быть компенсацией непрочного и недооцененного чувства женственности [18].

Окончательно все три линии развития половой идентичности консолидируются в подростковом возрасте. Образ тела пересматривается с наступлением менархе, девочка получает представление, что она уже не ребенок и обретает взрослое тело. Менструации могут вызывать чувства стыда, беспомощности и тревоги – из-за получения стресса от невозможности ими управлять.

Пубертатный возраст чреват психосексуальными конфликтами и реактивацией всех неразрешенных конфликтов предыдущих стадий развития, к тому же вагинальные ощущения становятся осознанными и концентрированными и стыкуются с образом своего женского тела. Принятие менструаций и роста груди являются залогом нормального психосексуального развития, если же нет, то возрождается зависть к пенису и чувства лишения, нарциссическая ранимость и неопределенность относительно приемлемого образа тела, хотя обычно это преодолимо.

Сексуальная партнерская ориентация формируется и закрепляется в подростковом возрасте, полоролевая идентичность завершается как синтез всех трех линий идентификации. Подростковый период требует разрешения инфантильных и подростковых конфликтов относительно выбора объекта. Окончательная ориентация зависит от процесса разрешения конфликтов в течение подросткового периода.

Путь девочки-подростка к разрешению ее конфликтов относительно выбора объекта лежит через Я-идеал. Инфантильные образы себя и объекта должны быть пересмотрены и деидеализированы. Нарциссическое удовлетворение приходит через идентификацию с Я-идеалом, по мере того как чувство женственности консолидируется [18].

Таким образом, в этом разделе рассмотрен процесс формирования половой идентичности девочки, выделены признаки поведения и роль родителей, необходимые для нормального течения процесса, намечены факторы, ответственные за нарушение этого процесса.

Согласно и помимо вышесказанного, нарушения женской половой идентичности возникают в следующих типичных случаях [14].

1. Чрезмерная идентификация дочери с отцом, по П.Куттеру [9], может привести к маскулинизации.

2. Девочка, испытывая чувство вины за свои эдиповы желания и боясь гнева матери, из страха взять на себя женскую роль предпочитает развиваться маскулинно.

3. Отсутствующий эмоционально или физически отец не может выступать защитой от поглощения девочки матерью и поддерживать ее нарциссическую женственность и роль девочки, что неблагоприятно сказывается на развитии зрелой половой идентичности и установлению дальнейших связей с противоположным полом.

4. Причинами неустойчивой половой идентичности являются нарушения отношений с родителями, то есть с родительской фигурой. Как правило, ребенок неохотно идентифицирует себя с тем из родителей, отношения с которым нарушены.

5. На формирование половой идентичности оказывает большое влияние точка зрения окружающих, здесь - на женскую половую принадлежность, то есть на отношение к своим гениталиям. На этом уровне ошибки одного из родителей с успехом могут компенсироваться хорошими отношениями с другим: дочь, испытывающая определенные сложности с самоидентификацией в отношениях с неуверенной в себе матерью, может развить здоровую женскую половую идентичность в отношениях с отцом, если он высоко оценивает ее женские качества.

6. Случаи сексуальной фрустрации способны угрожать половой идентичности. Агрессивность, вытекающая из фрустрации, в свою очередь сказывается на представлении о противоположном поле и очень легко приводит к его искаженному восприятию. Опыт разочарования в отношениях с отцом может оборачиваться реактивным гневом, который, в зависимости от качеств родительских фигур может смещаться.

Разумеется это не все возможные вариации, а лишь наиболее распространенные [9].

Таким образом, в данной главе рассмотрено общее психосексуальное развитие девочки, выделены основные его этапы и комплексы, признаваемые психоаналитиками как решающие для становления женственности и женской сексуальности. Рассмотрены основные бессознательные фантазии, сопутствующие женскому развитию, определена их значимость, равно как и факторов нарушения психосексуального развития, для формирования женских сексуальных расстройств и перверсий.

В следующей главе будут рассмотрены конкретные женские сексуальные расстройства с генезисом и динамикой их возникновения в контексте темы настоящего исследования.

Окончание>>

 

 

 

г. Москва, улица Косыгина, 13, подъезд 5 (м. Воробьевы горы, м. Ленинский проспект) Схема проезда.

Телефоны: (495) 741-17-49, (925) 859-11-45

E-mail: yaroslav@psychoanalyse.ru

Яндекс цитирования Размещено в dmoz (ODP)

Сотрудничество и реклама на сайте.

Москва 2004-2015 : YaYu   @